главная ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ -----------------------------------фантастика-

ИЗ ДОКЛАДОВ НА ФЕСТИВАЛЕ ФАНТАСТИКИ "КРАСНАЯ ЗВЕЗДА"
ХАРЬКОВ 11 -12 октября2013

Красный конвент

       Это - заготовка всеобщего СОГЛАШЕНИЯ писателей, согласных с данными пунктами:
      1) Не использовать как основу сюжета антироссийские и антисоветские мифы. Как целиком, так и их элементы.<...>
.............................................

Пост-релиз

35-ого Европейского фестиваля фантастики Еврокон-2013.

15.IV.2013 В субботу, 13 апреля, в Киеве завершился 35-й Европейский фестиваль фантастики Еврокон-2013.
Во время торжественного закрытия были оглашены лауреаты премий Европейского сообщества научной фантастики.

- Дмитрий Михайлович, создается впечатление, что Ваши романы среди произведений нынешней украинской фантастики стоят особняком. Миры Олди и Дяченко, где приобретают реальность отвлеченные понятия, чаще всего абстрактны и символичны. Вершинин и Валентинов, работая с настоящими - по крайней мере, узнаваемыми - историческими образами, наполняют процессы истории совершенно иным содержанием, "открывают" в них неведомые, мистические движущие силы. А в Ваших романах - цикле "Золотые дары Солнца" - действие происходит в подлинных исторических и географических реалиях. Мы встречаемся с реальными местностями и сохранившимися по сей день историческими памятниками, действительными историческими событиями и лицами, воссозданными с научной достоверностью бытом, обрядами и общественными отношениями. При этом никакой "альтернативы" ни в фактах истории, ни в их трактовке Вы читателю не предлагаете: здесь нет той "поворотной точки", где заканчивается история и начинается фантастика. Историю в Ваших романах вершат не мистические высшие силы, а люди - хотя и не только они… И все же это романы не исторические, а фантастические. Исторические документы и археологические раскопки открывают нам материальную сущность истории, а вы наделяете ее духовной силой, "подключая" к историческим процессам образы мифологии и фольклора, "магические технологии" - в которые, впрочем, наши предки очень даже верили. И получается, что для общения с ними, для знакомства с их - а теперь с нашим! - миром нам приходится выйти за пределы науки? История, мистика, фантастика - как сочетаются они в мире прошлом и нынешнем? И в Вашем творчестве?
- Вы спрашиваете о моем месте в жанре фантастики. Оно - на грани исторической прозы и фэнтези. Миры я не создаю принципиально: сценой для меня служит реальная историческая эпоха. Где здесь место для фантастики, где она начинается? Она берет начало в мировоззрении, в нравах наших предков, которые свой мир, свою историю воспринимали мифологически. Побил, скажем, царь росов Ардагаст своих врагов - значит, его боги сильнее, его волхвы мудрее, а сам он - божий избранник, а то и воплощение самого Дажьбога. Такой взгляд и на историю, и на современные события существовал тысячелетия, да и сейчас жив, как жива и религия: социальные и исторические мифы присутствуют в людском сознании, случаяется, неразрывно смыкаясь с научным мировоззрением, научным взглядом на историю. Этого не учитывать нельзя.
Фантастика в моем понимании - это литература об обычных людях в необычных ситуациях. Мои герои - самые обычные "варвары", наши предки, жившие на этой земле столетия назад: как они поведут себя, столкнувшись со сверхъестественным? С тем, во что сами же при этом верят? Здесь и открывается возможность нам узнать их получше - не только в поступках, но и в том, что эти поступки направляло - их дух, духовный мир.
- Читателю Вы знакомы как биограф Ардагаста, царя росов. А кто такой Дмитрий Михайлович Дудко, как говорят ролевики, "по жизни"?
- Коренной харьковчанин, историк, выпускник Университета - закончил истфак в 1979 году. Работал в архиве, в сельской школе, теперь - в музее Г.С. Сковороды в селе Сковородиновке. Кандидат исторических наук. Я и археолог, и религовед; занимаюсь историей древних славян, североиранских племен - скифов и сарматов, изучаю язычество. А еще я - коммунист, член партии с 1991 года. Когда в партию перестали приходить за карьерой, тогда я туда вступил. Возглавляю две партийные организации - в Харькове и Сковородиновке.
- Расскажите, как историк Дудко стал писателем Бариновым? Что заставило Вас обратиться к фантастике, к фэнтези? Не обошлось ли здесь без магии?
- Все началось в 1979 году, в Клубе любителей фантастики Харьковского Университета. Благодаря ему я глубже познакомился с фантастическим жанром, увлекся им и сам стал писать. Мне часто говорят, что лучше бы мне писать историческую прозу. Но я религовед и профессионально имею дело с человеческой фантазией. Мне удобнее писать историко-фантастические романы. Однако пишу я о машине времени, создаю альтернативную историю или космическую фантастику, в этом я так или иначе использую свое знание истории. И, конечно, реальные события нашей жизни.
Например, толчком к созданию одного из рассказов был затвор от винтовки-трехлинейки, найденный в салтовском погребальном комплексе - при раскопках могильника, относящегося к салтовской культуре, существовавшей в лесостепи донского бассейна в раннем средневековье. Ну, сам затвор скорее всего просел сквозь трещину в почве: оружейная сталь за десять веков так не сохранилась бы. А возник рассказ о машине времени, о красноармейце гражданской войны, попавшем в десятый век, во времена Святослава. Об обычном человеке в обычных условиях - обычных для окружающих, но необычных для него самого...
Фэнтези я начал писать в начале 80-х, это был рассказ "Джинны земли славян" - о приключениях араба в конце восьмого века в тех местах, где теперь стоит Харьков, о его столкновении со славянской нечистью. Последние годы фэнтези и пишу: оно ближе мне как религоведу.
- Как соотносите Вы свое творчество с "классической" традицией фэнтези, с толкиенистикой? В чем, по-Вашему, секрет ее популярности в современном обществе? А может, мы уже читали это раньше - о малыше-Мальчише и его великой Военной Тайне: "Что же это за страна, что же это за непонятная страна?" Какова роль фэнтези в отечественной культуре?
- Нечего скрывать, что сам Толкиен определил свой жанр как эскапический, жанр бегства от действительности. А чтобы жанр бегства от действительности стал популярен, надо, чтобы действительность была такой мерзкой, чтобы от нее надо было бежать. Именно этой причиной объясняется популярность фэнтези последние полвека на Западе и 10-15 лет - у нас.
Я пишу славянское фэнтези. Не вижу ничего плохого в том, чтобы писать об эльфах и гномах. Но кому, как не нам, писать и читать о водяных и леших, о богатырях? Фэнтези ведь очень тесно связано с национальной культурной традицией. Толкиен создал английское фэнтези именно потому, что досконально знал кельтскую и германскую мифологию. А когда даже лучшие западные авторы - например, Пол Андерсон - берутся за славянские темы в фэнтези, то о понимании духа, глубинного содержания нашей фольклорно-мифологической традиции говорить не приходится.
Случается, что и у нас за эти темы берутся талантливые, но невежественные в отечественной истории и мифологии авторы. Мария Семенова, Елизавета Дворецкая, Ольга Григорьева пишут аккуратно, хорошо зная материал, но слишком многие авторы недостаточно им владеют. И развивается славянская фэнтези слабее, чем хотелось бы. Меньше стали издавать: "Центрополиграф" закрывает серию "Загадочная Русь"…
- Вы действительно не одиноки в воссоздании духовного мира, мифологии древних славян в своем творчестве. Впрочем, у Вас они "вписаны" в единую систему мировосприятия, общую для скифо-сарматов и финно-угров, эллинов и индийцев, германцев и кельтов - как едины для всех в этом мире понятия Добра и Зла. Но можно ли говорить сегодня о достоверном воссоздании славянской мифологии? Располагаем ли мы для этого достаточными источниками? Чего в наших литературных реконструкциях больше - научного творчества, фантазии, тоски по сказке?
- Да, здесь реконструкцию надо понимать условно: мы не обойдемся без художественного восполнения очень многих утраченных элементов. Слишком источники скудны. Плохо сохранилась высшая мифология, связанная с божествами. До нас дошли обряды - праздничные, колдовские, сохранилась низшая мифология - "боженята". Приходится обращаться к художественной реконструкции пантеона и мифологических сюжетов, но для этого нужно уметь работать с материалом, не искать легких путей, как, например, Александр Асов, "ославянивающий" чужеродные мифы.
- Мне кажется, что при такой реконструкции часто происходит смешение мифологической, культовой традиции и героического эпоса. Пример - "Поединок со Змеем" Марии Семеновой. Не хочется думать, что среди богов, которым поклонялись наши предки, были заведомо "злые", с которыми светлые боги-герои должны были бороться. Что Вы думаете об аналогиях между "божественными" мифами и сказаниями о героях-богатырях?
- В эпосе реальные люди изображаются подобнами божествам - героям мифов. Рыбаков и Пропп писали о разных вещах: одно дело - история, отраженная в эпосе, другое - мифологическое клише, уходящее в глубь тысячелетий. Миф о Перуне сложился за полсотни веков до того, как Илью Муромца (жившего, по-видимому, в двенадцатом веке) стали изображать подобным Перуну.
Возвращаясь к вопросу о традиции фэнтези в нашей культуре, хочу сказать: мифологическая традиция не умирает. Она постоянно всплывает в литературе, особенно романтической. Отечественное фэнтези восходит еще к "Снегурочке" Островского и "Лесной песне" Леси Украинки. Мифологические мотивы мы встречаем и в космической фантастике 60-х - 70-х годов: в "Легендах о звездных капитанах" появляется образ Прометея, а в "космической опере" Снегова - ангелы, драконы, пегасы…
- Действие Ваших романов о подвигах царя Ардагаста и его дружины относится к первому веку Нашей эры, к "апостольским" временам. Почему именно их Вы избрали для рассказа о том, "откуда пошла Русская земля", а не, скажем, "золотой век" Скифии, "Русь изначальную" времен падения Рима или, наконец, эпоху первых Рюриковичей и Киевской Руси? Чем же близок, интересен нам тот мир - неблагополучный, неблагоустроенный и опасный, где за жизнь, свободу и достоинство каждому приходилось платить недешево? Мир варварский, над которым нависает тень "высокой цивилизации" имперского Рима с ее достижениями, благами - и тотальным рабством, кандальным и духовным? Мир, открытый навстречу переменам, мир, где умирают и рождаются традиции и религии, государства и герои?
- Первый век - эпоха, не отраженная в художественной литературе, если говорить о нашей стране и наших предках. Эпоха интереснейшая: в это время сарматское племя росов оседает на берегах Днепра и сливается со славянами, передает им свое имя. Разрозненные варварские племена Леса и Степи останавливают экспансию двух могучих рабовладельческих империй - Римской на западе и Ханьской на востоке. Без чуда здесь явно не обошлось - осталось его изобразить…
Черты той эпохи узнаваемы и в нынешней. Сегодня претензии на мировое господство заявляет такая же, казалось бы, всемогущая американская империя - которая, поздно или рано, на что-нибудь нарвется. Она представляется всемогущей, но по сути своей гнилая, подобно императорскому Риму - тот же культ денег и наслаждений, моральное разложение, прикрытое фразами о цивилизации, праве, правовом государстве, стремление насадить свои порядки по всему миру. "Назначение римлян - править народами" - говорил один из панегиристов Августа; судьба его империи нам известна. К той же цели стремился в минувшем столетии и гитлеровский рейх. И тоже нарвался - там, где рассчитывал победить за два месяца…
- Вы противопоставляете империям, имперскому духу завоеваний, тотальности, ойкуменизма, всевластия понятие варварства. Обычно в него вкладывают негативное содержание, сродни дикарству, вандализму и проч. Однако у истоков фэнтези стоит образ Конана-варвара - образ привлекательный и даже культовый… Что же подразумеваете под варварством Вы?
- Поздняя античность имперского Рима была одновременно "варварской" эпохой для востока и севера Европы, севера Азии, она пробудила к жизни новые, очень интересные социальные формы. Когда потерпел поражение Спартак, начало зарождаться то, что принесло гибель империям - союз угнетенных с варварами. Варварство - это не цивилизация, но и не дикость. Вот что наполняет это понятие: сохраняются добродетели первобытного общества - коллективизм, бескорыстие, честность, простота, но появляется стремление к прогрессу, способность и овладеть достижениями цивилизации (включая ее арсеналы), и защитить себя от ее влияния.
Дикари не способны защититься от колонизаторов-"цивилизаторов": вспомним "Дерсу Узала". В моем романе "Ардагаст и Братство Тьмы" выведено поморское племя сииртя-"блаженных гипербореев" с берегов Ледовитого океана, оказавшихся беспомощными перед организованной и наглой военной силой. А варвары - если говорить о способности к самозащите и овладению боевыми средствами врага - совсем другое дело!
- Понятно, что знакомя читателей с этой эпохой, Вы не могли обойти стороной возникновение христианства. Однако позиция его адептов в борьбе, которую ведут Братство Солнца и последователи Симона-мага, выглядит довольно жалкой, а то и предательской. Какова же истинная роль христианства - особенно "подлинного", первых веков - в истории общества и культуры? Действительно ли "Христос победил потому, что проиграл Спартак"?
- Христианство неоднозначно с самого начала. Иисус и его апостолы представляются этакой ватагой хиппи, носителями люмпенской идеологии - учения, близкого античным киникам. Христианство иерусалимской общины Петра - классический античный коммунизм. Христианство Павла - оппортунизм, оправдание рабства, покорность злу. Позднее, на рубеже третьего и четвертого веков, христианство становится знаменем восстаний, сближаясь, опять-таки, с коммунистической идеей. Но в эпоху, описываемую в моих романах, христиане были всего лишь небольшой еврейской, а затем межэтнической сектой, духовная жизнь отнюдь не вокруг них вращалась. Но так или иначе о них заходит речь. На Днепре поминают апостола Андрея, на Инде - Фому, а Петр вместе с Пифагором встречает героев на Белом острове, у ворот Солнечного царства…
"…Пифагор гостеприимно повел рукой:
- Добро пожаловать на Остров Неудачников. Так мы его порой зовем между собой. Все мы пытались сделать так, чтобы люди хотя бы не угнетали друг друга. И никто из нас этого в земном мире не добился.
- Но никто не пожалел о том, что посвятил этому всю жизнь, земную и загробную, - бодро заметил Петр.
- Судьба умерших не одинакова, - пояснил Аристей. - Те, кто просто соблюдал заветы предков и не слишком грешил, попадают в Элизиум - вы, венеды, зовете его раем или Ирием. Там все, как на земле, только нет голода, болезней, усобиц. Пахари сеют хлеб, кочевники пасут скот, жрецы служат богам, а воины в грозовой дружине охраняют рай от нечисти. Отчаянных вояк Повелитель Ветров берет к себе в Валгаллу. Тех, кто пакостил ближним и норовил сделать мир еще хуже, Разрушитель забирает в преисподнюю. Ну а сюда попадают чудаки, что пытаются сделать мир чище, а людей - добрее и справедливее."
"Ардагаст и Братство Тьмы"

- А что в реальной истории стояло за Братством Солнца: магическая сила, политическое влияние, народное суеверие? Что известно о его главе Аполлонии Тианском, чье имя в эпоху Возрождения, случалось, противопоставляли Иисусу? Или Братство Солнца - всего лишь символ, как и Белый остров Дажьбога?
- Братство Солнца - организация вымышленная, но не вымышлена ее идеология - античный коммунизм, окрашенный солярной (солнечной) мифологией. Царство Солнца - образ идеального общества; Солнце - Митра, Гойтосир, Дажьбог, Аполлон Гиперборейский - считалось гарантом социальной справедливости в представлении всех индоевропейских народов. Оно было знаменем восстаний Аристоника в Пергаме и Савмака в Боспоре, и, вероятно, многочисленных восстаний рабов, об идеологии которых нам, впрочем, мало что известно.
А вот Аполлоний из Тианы - лицо историческое; его биографию написал в начале третьего века для императрицы Юлии Домны Флавий Филострат. Аполлоний был пифагорейцем, а Пифагор - первым античным коммунистом-утопистом. Солярно окрашены и учение, и легендарный образ Пифагора, этот отблеск ложится и на Аполлония. У Филострата, по понятным причинам, мы не найдем упоминания о неприятии Аполлонием рабства, однако он выступает как непримиримый борец против тирании Нерона и Домициана. Его единомышленники представляются общиной мудрецов, своим уставом близкой коммуне. И, конечно, Аполлоний считался великим солнечным магом - тут я Филострата использую вовсю…
- Братству Солнца и молодому царству росов - союзу славян-венедов и сарматов противостоит в ваших романах "Братство Высшего Света", оно же - Братство Тьмы. Это не традиционный для фэнтези "всеобщий враг", ужасный в силе и ничтожный в поражении. За ним - живучая и привлекательная для слабых духом философия. Случается, что ее мотивы слыщатся и в сентенциях некоторых толкиенистов, устроивших себе "побег из тюрьмы повседневности" и рассуждающих об "искажении Арды", "истинном свете Заокраинного Запада"… Почему именно мистический гностицизм стал у Вас воплощением зла? И нет ли его отголосков в нынешнем эскапизме фэнтези?
- Братство Тьмы опять-таки вымышлено, но его прообразом служили гностические секты поздней античности. Симон-маг был соперником Петра-Рыбака и пытался за деньги купить его магическую силу. Гностики - античные интеллигенты с резко выраженным элитарным самосознанием, презрением к большинству общества. Они считали, что пороки нашего мира исправить невозможно - а значит, не нужно и стремиться к этому. Целью они ставили господство в обществе и одновременно независимость от него, а средством ее достижения - магию, подчинение себе сверхъестественных сил. Были это люди развращенные и считавшие себя выше морали: раз тело, как и вся материя, низко и грязно, то ему дозволено все. Как говорит в одном из романов Нерон гностику Валенту-Левию, "за что я ценю философию, это за возможность не чувствовать себя скотиной".
Насколько я знаю, аморализм, презрение к "прочим" людям и взгляд на себя как на избранных, как на высшие существа, принадлежащие "иному", высшему миру, толкиенистам не свойственны. По крайней мере, НИЧЕГО, что отвечало бы идеям, заложенным в творчестве Толкиена, в жанровом каноне фэнтези и фольклорно-мифологической традиции, к которой он восходит, в таких настроениях нет и быть не может. Да, они живучи, но бесплодны, и среди подлинно бессмертных идей и образов, рожденных народной фантазией, им нет места.
"- Так что же, нет в мире ни Добра, ни Правды, ни Света, а только бесы твои? - воскликнул Яснозор.
Чернокнижник воздел руки к небу:
- Добро, и Свет, и высшая Истина - там, выше трех миров. Там властвует подлинный Бог, не осквернивший себя созданием тленного мира. Только души избранных, презревших этот мир, могут достичь наднебесного царства Света. И только такие глупцы, как вы, могут искать в этом мире справедливости, не то что какого-то Царства Солнца. Отсюда можно лишь бежать, как из темницы.
- На небо Индры не сбегают. Его заслуживают великими подвигами, - возразил индиец.
- И в Валгаллу попадают великие воины, а не трусы и колдуны вроде тебя, - добавил Сигвульф.
Валент взглянул на варваров с чувством величайшего превосходства:
- И твоя пьяная Валгалла, и небо Индры, и Ирий - места для тупых вояк, которые угодили архонтам тем, что сравнялись с ними в глупости и жестокости. Недаром в Индии мудрейшие не рвутся туда, но стремятся освободить свой дух от всего земного, дабы не возвращаться более в этот мир и слиться с Богом.
-Ты словоблуд, а не философ, Левий! Погляди вокруг: этот мир слишком прекрасен, чтобы быть таким, как ты его представляешь! - воскликнул Хилиарх.
Некромант только презрительно усмехнулся. Его явно не трогали ни величественные горы, ни полонины, ни золотое море осенних лесов, ни быстрые реки.
- Вы, эллины, глупые восторженные дети и детьми останетесь, если все еще способны восхищаться тленным. Там, внизу, болото, заваленное костями упырей - куда как прекрасно! Платон напрасно учил вас красоте мира идей, перед которым земной мир - лишь темная пещера.
- "Вы, эллины". А сам ты кто? Какое племя рождает таких спесивых софистов?
- Кто я? Луций Клавдий Валент, римский гражданин. А еще - гражданин всего мира. Так что можешь не попрекать меня моими набожными и упрямыми соплеменниками. За свою преданность Яхве, творцу этого мира, они уже поплатились.
- Значит, нет у тебя ни рода, ни племени и мстить за тебя некому, - резко отчеканил Вышата. - А вот за твои черные дела есть кому мстить. В Палестине особенно."
"Путь к золотым дарам"

- Как Вы относитесь к традиции ролевых игр? Как к пагубному бегству от реальности и профанации исторического знания - или как восстановлению "связи времен", пути самосовершенствования, преобразования себя и мира? Что бы Вы хотели сказать "фэнам" и ролевикам - Вашим читателям?
- Как сказал один современный комсомолец, жить в виртуальном мире хорошо, пока нет материальных проблем, а когда проблемы одолеют, приходится вернуться обратно. Об этом писали в свое время и Тойнби, и сам Толкиен: есть "уход" и "возврат" - человек бежит в иные миры, чтобы вернуться из них с новыми ценностями. Чем станет для вас фэнтези - наркотиком или витамином, стимулятором, зависит только от вас.
Фэнтези хорошо показывает, что за всяким "черным могуществом" прячутся мелкие и грязные душонки, гниль. Власть имущие "мира сего" не страшней драконов и черных магов, которых вы лихо одолеваете в игре. А если, вернувшись с игры, вы боитесь пойти на митинг, опасаясь "последствий", то Толкиен писал не для вас. И Баринов тоже. Тогда фэнтези для вас - наркотик, сивуха.
- Среди Ваших произведений не только романы фэнтези. Да и в них изображен, по сути, реальный мир. И образы великих солнечных магов имеют в нем свои прототипы. Всего два века назад в наших с Вами краях жил тот, кто, на мой взгляд, заслужил имя "последнего волхва" - "украинский Пифагор" Григорий Саввич Сковорода. Ваши работа и творчество тесно связаны с этим человеком. А что значат он и его учение для нас, людей нынешних?
- Григорий Сковорода - подлинный наследник той традиции, которая воплощена в Братстве Солнца. В его произведениях Солнце - главный символ, образ, восходящий к древней мифологии, "архитипос", как сам он писал. Сковорода разделял древние коммунистические, солярно окрашенные идеалы "горней республики", где все общее. И сам он имел в народе сохранявшуюся поколениями славу доброго волшебника.
Для нас, пожалуй, наиболее привлекательно то, что в самое гнусное время процветания пороков - "век золотой Екатерины" - Сковорода дал пример сохранения моральной чистоты и воли к борьбе в сфере духа. Пример того, что можно было жить, не лицемеря: он жил, как учил, и учил, как жил. Главным было - и есть сегодня - сохранить веру в лучшее в человеке, в "сродный" - по призванию - труд как основу счастья и социальной гармонии.
"…Благодарение блаженному Господу, что нужное сделал нетрудным, а трудное - ненужным. Что было бы, если бы наше счастье, которое надобно всем, было не в нас самих, а зависело от места, времени, плоти или крови? Скажу яснее:что было бы, если бы Бог поселил его в Америке или на Канарских островах, или в богатстве, или в пустыни, или в чине, или в науках, или в здоровье? Тогда бы и счастье, и купно с ним мы были бы бедными, ибо не всякий мог бы добраться до сих мест, ибо невозможно было бы всем родиться в одно время, ибо невозможно было бы всем заполучить чины…Если хочешь быть счастливым, не ищи своего счастья за морями, не волочись по дворцам, не броди по Иерусалимам! За деньги купишь деревню; а счастье дается везде и всегда даром. Оно не зависит ни от земли, ни от неба."
Гр. Сковорода "Начальная дверь к христианскому добронравию"

- Значит, история и борьба Братства Солнца не завершились ни 2000, ни 200 лет назад? Кто же они, нынешние Солнечные Маги и Воины Грома? Кем быть и как жить должен сегодня человек, чтобы по праву считать себя одним из них, преемником витязей-"громовичей" и "русальной дружины" царя Ардагаста?
- Ищите их среди участников прогрессивных, патриотических движений - вне зависимости от партийности. Среди тех, кто стремится не просто жить достойно в недостойное время, но изменить мир к лучшему, сделать его более близким тысячелетнему идеалу Царства Солнца. А "скакать с мечами по кустам" тоже стоит: для человека, способного к борьбе, это и витамин, и боевая подготовка.
У митинга, пикета и ролевой игры много общего: это, во-первых, тренировочные сборы, поддержание формы, во-вторых - общение: когда человек один, он бессилен перед власть имущими, а с друзьями - их власть уже не страшна. Наконец - культурная подготовка: на митинге, например, газеты друг у друга покупают, а чтобы сыграть в игре роль, надо проникнуть в ее культурное пространство, в ее мир. Для существования в иных мирах - в игре или за книгой - тоже нужно быть подготовленным. Мои романы доступны всем, владеющим знаниями на уровне средней школы. Но самая большая награда для меня как автора - когда, прочитав книгу, спрашивают, что можно еще почитать на эту тему научно-популярного. Главное - брать из прошлого Огонь, а не пепел.
"- Там не допытываются, молишься ты одному богу, или трем, или тридцати трем. Лишь бы среди них Разрушителя не было. Иное спрашивают. Веруете ли, что есть Свет, Добро, Правда? Что миром правит не Тьма, не Кривда, не Ложь?
- Веруем! - тихо, но твердо сказали десятник и поп.
- Веруем! - отозвались мужики из-за калитки.
- Это и есть Белбог и Чернобог, Бог и Сатана. Веруете ли, что есть Солнце и Гром на небе, а сила их - в душах праведных?
- Веруем!"
"Воины Солнца и Грома"


Список произведений Д. М. Дудко (Баринова)
Воины Солнца и Грома - М.: ЭКСМО-Пресс, 1997
Ардагаст, царь росов - М.: Центрополиграф, 2000
Путь к золотым дарам - М.: Центрополиграф, 2001
Ардагаст и Братство Тьмы - М.: Центрополиграф, 2001
Ардагаст и его враги (готовится к изданию в Центрополиграфе)
Красный всадник: Ардафарн, сын Ардагаста (рукопись)
Заратустра. Пламенные гимны и молитвы (послесловие) - М.: ЭКСМО, 2002
Велесова книга (перевод, комментарии) - М.: ЭКСМО, 2002
Матерь Лада - М.: ЭКСМО, 2003
Григорій Сковорода у спогадах сучасників і народних легендах - Х., 2002


Беседу и запись вел Дмитрий Бадаев (г. Харьков)

comments powered by Disqus